Статья 24. Формы вины

СТ 24 УК РФ.

1. Виновным в преступлении признается лицо, совершившее деяние умышленно или по
неосторожности.

2. Деяние, совершенное только по неосторожности, признается преступлением лишь в
случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части настоящего
Кодекса.

Комментарий к Ст. 24 Уголовного кодекса

1. В ч. 1 закреплены две формы вины, известные уголовному праву, - умысел и неосторожность. Их содержание раскрывается соответственно в ст. 25 и 26 УК.

2. Положение ч. 2 необходимо понимать следующим образом. В случае указания в статье Особенной части УК на неосторожность как форму вины соответствующее преступление совершается только по неосторожности (например, ст. 118, 168 УК). Напротив, умолчание законодателя о форме вины допускает совершение соответствующего преступления как умышленно, так и по неосторожности (например, ст. 251, 283 УК), если только вывод об умышленном совершении преступления не следует из смысла уголовного закона (например, ст. 120, 285 УК).

3. В ряде случаев юридическое значение приобретают мотив и цель совершения преступления.

Мотив преступления представляет собой обусловленные потребностями и интересами внутренние побуждения, которые вызывают у лица решимость совершить преступление и которыми оно руководствуется при его совершении.

Цель преступления связана с будущим и представляет собой мысленную модель результата, к достижению которого стремится лицо при совершении преступления.

Мотив и цель, имеющие уголовно-правовое значение, могут иметь место только в умышленных преступлениях и выполнять одну из трех функций.

Во-первых, мотив и цель могут являться криминообразующим признаком, введенным законодателем в состав преступления с целью отграничить преступное деяние от непреступного (например, ст. 153, 154, 285 УК).

Во-вторых, мотив и цель могут являться квалифицирующими признаками соответствующего состава преступления (например, п. "з" - "м" ч. 2 ст. 105 УК).

В-третьих, мотив и цель могут разграничивать смежные составы преступлений (например, террористический акт (ст. 205 УК) отличается от диверсии (ст. 281 УК) по целям действий виновного).

4. В ряде случаев уголовно-правовое значение приобретает ошибка лица, т.е. его заблуждение относительно юридической или фактической стороны совершаемого деяния (юридическая и фактическая ошибки соответственно).

Юридическая ошибка представляет собой неправильное представление лица о юридической характеристике или юридических последствиях совершаемого деяния. Такие неправильные заблуждения (например, незнание о преступности действий, ошибка в представлении о возможном наказании, неверное отнесение деяния к числу преступных, хотя оно таковым не является) не влияют на уголовную ответственность и наказание субъекта.

Фактическая ошибка предполагает неправильное представление лица о фактических обстоятельствах совершаемого деяния. Иметь уголовно-правовое значение может лишь ошибка, связанная с признаками состава преступления; заблуждение лица относительно фактических обстоятельств, не относящихся к последним, юридического значения не имеет.

Можно выделить две разновидности фактической ошибки: ошибка-незнание и ошибка-заблуждение.

При ошибке-незнании лицу неизвестно юридически значимое обстоятельство, оказывающее влияние на квалификацию (например, беременность потерпевшей при убийстве, характер похищаемого предмета как наркотического средства). В таком случае содеянное либо вовсе не образует состава преступления (если неизвестное обстоятельство является конструктивным признаком основного состава преступления), либо квалифицируется без вменения лицу соответствующего признака (т.е., например, не по п. "г" ч. 2 ст. 105 УК, а по ч. 1 ст. 105 УК). Однако в случае, если неизвестный факт должен был и мог быть известен лицу и уголовный закон устанавливает ответственность за то же деяние, совершенное по неосторожности, лицо может понести ответственность за преступление, совершенное по неосторожности (например, при мнимой обороне или за причинение по неосторожности смерти человеку, ошибочно принятому в темноте за животное).

При ошибке-заблуждении лицо ошибочно полагает о существовании юридически значимого обстоятельства, оказывающего влияние на квалификацию (например, полагает о малолетнем возрасте потерпевшей при изнасиловании, об исправности похищаемого оружия). В таком случае содеянное квалифицируется как покушение на преступление с соответствующим признаком, т.е. как покушение на преступление, которое было бы совершено, будь факты таковы, как лицо их предполагает существующими (например, по ч. 3 ст. 30 и п. "а" ч. 3 ст. 131 УК, ч. 3 ст. 30 и ст. 226 УК).

Второй комментарий к Ст. 24 УК РФ

1. Вина есть психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию и его общественно опасным последствиям.

2. Вместе с мотивом и целью вина образует субъективную сторону преступления. Она является обязательным признаком субъективной стороны, тогда как мотив и цель — ее факультативные признаки: они включаются законодателем в состав не всех, а только некоторых преступлений.

3. Элементами вины как психического отношения являются сознание и воля, которые в своей совокупности образуют ее содержание. Таким образом, вина характеризуется двумя слагаемыми элементами: интеллектуальным и волевым. Различные предусмотренные законом сочетания интеллектуального и волевого элементов образуют две формы вины — умысел и неосторожность.

4. Деяние, совершенное только по неосторожности, признается преступлением лишь в случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части Кодекса. Если же такого указания в законе нет, то совершенное деяние может быть преступлением как при умышленной, так и при неосторожной форме вины (например, ч. 1 ст 122 УК — заражение другого лица венерической болезнью).

Третий комментарий к статье 24 УК РФ

1. В УК не содержится законодательного определения вины как основной формы психического отношения лица к совершенному им деянию. В уголовно-правовой науке рассматриваются две основные теории вины: 1) оценочная (нормативная, этическая), когда вина лица за совершенное деяние сводится к оценочной (социальной, нравственной, политической) характеристике, формулируемой судом; 2) психологическая, согласно которой вина представляет собой субъективное (внутреннее, психическое) отношение лица к своим общественно опасным и противоправным действиям или бездействию и их общественно опасным последствиям. В соответствии с принципом вины (см. комментарий к ст. 5 УК) лицо подлежит уголовной ответственности только за совершение тех общественно опасных действий и их вредные последствия, в отношении которых установлена его вина. Границы и условия применения принципа вины определяются во многих нормах Общей и Особенной частей.

2. Российская наука и практика в большей степени склонны к психологическому пониманию вины. В этой связи вина рассматривается как психологическая категория, свободная от влияния политических, социальных и нравственных оценок, чреватых тяготением к объективному вменению. Каждое общественно опасное и противоправное действие (бездействие) вменяемого человека считается волевым и сознательным. Всякое волевое и сознательное деяние мотивированно и целенаправленно, т.е. совершается по определенному мотиву и для достижения конкретных целей.

3. По содержанию комментируемой статьи вина представляет собой родовое понятие двух ее форм - умысла и неосторожности и четырех видов - прямого умысла, косвенного умысла, легкомыслия, небрежности. Вина включена в основание уголовной ответственности как обязательная подсистема таковой (см. комментарий к ст. 8 УК). Невиновное причинение вреда в уголовном праве называется "случай" или "казус".

4. Мотивация и преследуемые субъектом цели раскрывают то, ради чего он в ущерб интересам других лиц, общества и государства совершает общественно опасное и уголовно наказуемое деяние. Через мотивы и цели открывается психологическая суть внутреннего отношения виновного к деянию. От их точного установления зависит практическая реализация принципа вины.

5. В зависимости от степени осознания лицом совершаемых им действий (бездействия) и наступивших при этом преступных последствий, сопровождаемых мотивами и целями, могут быть различными формы его вины. Причинение тяжкого вреда здоровью в результате применения лицом оружия (холодного, огнестрельного, предметов, используемых в качестве оружия) в зависимости от преследуемых им мотивов и целей может быть как умышленным, так и неосторожным, а иногда и невиновным.
Курганским областным судом 6 декабря 2002 г. Ч. осужден по ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 105 УК России. Он признан виновным в том, что 1 июля 2002 г. в г. Долматово Курганской области покушался на причинение смерти П. и К. из личной неприязни. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 28 февраля 2003 г. приговор изменила, переквалифицировала действия осужденного с ч. 3 ст. 30, п. "а" ч. 2 ст. 105 УК на п. "б" ч. 3 ст. 111 УК РФ, указав на то, что суд при вынесении приговора не учел отношение виновного к содеянному и направленность его умысла, а оценил лишь наступившие последствия - причинение тяжкого вреда здоровью, нанесение ранений потерпевшим ножом в течение незначительного промежутка времени. В соответствии с ч. 3 ст. 30 УК РФ покушением на преступление признаются умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам. На отсутствие у лица намерений на совершение убийства в процессе нанесения ножевых ранений указывает тот факт, что он не имел препятствий (если бы он имел намерение убить потерпевших) довести свой умысел до конца. Однако он не только не предпринял никаких действий, но, напротив, сам убежал с места происшествия. По делу установлено, что Ч. действовал не с прямым, а с косвенным умыслом, он должен нести ответственность не за те последствия, которые могли наступить, а за те, которые реально наступили, т.е. за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшим (см.: БВС РФ. 2004. N 4).

6. Субъективное (внутреннее, психическое) отношение лица к совершаемому им общественно опасному и уголовно-противоправному деянию закон ограничивает двумя формами: умыслом и неосторожностью, для которых вина в целом является родовым понятием. Наличие в законе четко разработанных форм вины не допускает возможности расширительного и произвольного толкования субъективного отношения лица к совершенному им деянию. Законодательное ограничение вины двумя ее формами (умысел и неосторожность) создает правовые гарантии для исключения объективного вменения. В этой связи любая фактическая (объективно), но невиновная причастность (субъективно) лица к происшедшему событию, даже при наличии наступивших последствий, не может рассматриваться как факт совершения преступления и служить основанием для привлечения к уголовной ответственности. Принцип виновного, субъективного вменения исключает объективное вменение, т.е. наступление уголовной ответственности лишь за происшедшее событие, внешне похожее на преступление, но в совершении которого отсутствует виновность лица.

7. Согласно ст. 24 УК виновным в совершении преступления может быть признано только то лицо, которое совершило общественно опасное и уголовно-противоправное деяние умышленно или неосторожно (см.: Обзор кассационной практики СК по уголовным делам Верховного Суда РФ за 2002 г. (утв. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 12 декабря 2003 г.) // БВС РФ. 2003. N 8).

8. Действующий УК существенно сужает возможность привлечения к уголовной ответственности за неосторожное поведение. Часть 2 ст. 24 устанавливает правило, согласно которому деяние, совершенное по неосторожности, наказуемо только в случаях, специально предусмотренных в Особенной части, т.е. когда в соответствующей статье УК прямо указывается на неосторожную вину. Нормы, в которых нет указания на неосторожную форму вины, на наш взгляд, предусматривают наказуемость лишь при умышленном совершении деяния. Хотя в науке уголовного права есть мнение о том, что при отсутствии указания в статье Особенной части УК на неосторожность вина может быть как умышленной, так и неосторожной. Как представляется, в этой части статья нуждается в более точной редакции.